У бездомности нет статистики, но есть люди, которые приходят в редакцию журнала "Путь домой" и с которыми мы остаемся до конца. О единственном в России уличном издании, распространяемом бездомными, Лениздат.Ру рассказал его главный редактор Аркадий Тюрин.
Вы считаете "Путь домой" социальным проектом?
– Слово "социальный" нас пугает. Это говорит о массовости, которая нам не особенно интересна. Мы убеждены в том, что любое событие необходимо рассматривать с точностью до его отдельного представителя. Все остальное является фальшью. Слабость всех социальных теорий заключается исключительно в том, что они предполагают, что внутренние проблемы каждого отдельного человека решены, нужно заниматься некими общими проблемами. Нас же интересуют исключительно внутренние проблемы.
Как сейчас выходит "Путь домой"?
– Когда у нас собирается достаточно средств, для того, чтобы выпустить номер, он выходит. Что касается читателей, то любая задержка – а бывает и на неделю, и на месяц, вызывает поток писем, в которых у нас интересуются, что случилось, почему нас нет. Кроме нас, в России сейчас больше никто не выходит. Первая газета "На Дне" появилась в Одессе, потом были созданы "На дне" в Сибири и Нижнем Новгороде. Сегодня мы остались одни и гордимся тем, что мы делаем.
Издание сменило название – с чем это связано?
– Я присоединился к проекту в 1997 году, а весной 2003 года она стала называться "Путь домой". Это произошло по причине того, что наш предыдущий начальник удалился не только со всеми деньгами проекта, но и копирайтом на прежнее название. Совет директоров пригласил нового начальника, который должен был сделать проект финансово окупаемым.
Такие случаи для уличных газет известны?
– В этом плане интересна история лондонской уличной газеты. Проект энергичный, хоть и не всегда грамотный. За время своего существования они "попадали", а потом снова выбирались из долговой ямы.
Распространителем газеты "Путь домой" может стать тот, кто не имеет прописки или по каким-то другим причинам пока не может устроиться на постоянную работу. Увеличилось ли число сотрудников за последнее время?
– Количество людей, которое работает с нами, одно и то же. За последние семь лет на черном рынке труда Петербурга произошли серьезные изменения. Физически и психически здоровый человек может найти себе работу, где его обманут не сильно и не сразу. Ребята, у которых нет потребности возвращаться в общество, в общем-то тоже могут найти себе еду и кров. Поэтому с нами остались те, кто не хочет идти вниз, но по своим физическим, возрастным и ментальным кондициям не соответствует запросам серого рынка труда. По правилам распространитель покупает газету в редакции по и продает ее на улицах по фиксированной цене. Вырученные деньги составляют его честный заработок. В основном это люди в возрасте старше шестидесяти, инвалиды или люди с ментальными проблемами. Когда такие люди остаются, речи о том, чтобы прекратить выход издания, быть не может. Этот отчаянный народ остается с нами до самой смерти. Несколько лет назад мы пообещали себе, что у наших бездомных продавцов не будет безымянных могил. Они появляются. Нашу 83-летнюю продавщицу Анну Амвросиевну Капорину, похоронили четверо мужчин из футбольной команды бездомных. Трое из них были в звании чемпиона Европы по футболу для бездомных. Девочкой она была вывезена из блокадного города, уехала в Грузию. Там она оказалась неприкаянной и вернулась сюда – в Петербург. Но виза очень скоро оказалась просроченной, она жила в ночлежке, в течение многих лет выходила к Гостиному двору, чтобы продавать журнал.
Как продавцы становятся журналистами?
– Не все продавцы и не всегда становятся авторами. Нам посчастливилось быть участниками единственного пока в мире Лондонского международного фестиваля бездомных. Так вот в его основе два принципа. Первый – фестиваль искусства не должен быть развлечением для бездомных. Второй – тезис "каждый человек – художник" – как минимум спорен. Отнюдь не каждый человек – художник, журналист, писатель или фотограф. Но некоторые из наших бездомных – люди творческие. Например, мне может позвонить редактор шведской уличной газеты и попросить наших сделать фотографии жизни – такой, как они ее видят. Мы отправили снимки – и в итоге вышел спецномер, в котором были опубликованы фотографии, сделанные бездомными Швеции, Голландии, России, Аргентины и Японии. Я полагаю, что это чудесный международный проект, народная дипломатия, которую хотелось бы поддерживать. Мы входим в международную сеть уличных газет, всемирная "журналистская шпана", которая совместно делает одно дело.
Вы поддерживаете связь другими уличными изданиями?
– С 1995 года газета стала членом международной сети уличных изданий, объединяющих 36 изданий Западной Европы, США, Латинской Америки, Австралии и Южной Африки. Я один из пяти директоров международной сети уличных газет, когда все это начиналась и встал вопрос о закрытии проекта вообще, мы решили, что будем выходить даже тогда, когда газета будет печататься на ксероксе. И ощутимой помощью была конференция сети уличных газет. На этом заряде следующий год было можно проработать без денег.
Как появилась первая уличная газета?
– Существует масса легенд. Уверяют, что первым было нью-йоркское издание, созданное в 1991 году. Увереннее я готов говорить о более поздних событиях. В 1993 и 1995 годах появились уличные газеты в Европе, в числе которых была и петербургская "На дне".
Учитывая географический охват, что объединяет сеть?
– В хартии уличных газет зафиксированы два основных принципа. Первый из них заключается в том, что издание должно распространяться социально необеспеченными людьми. И второе – продавец должен получать не менее 50% выручки от продажи номеров. Третье – не столь уверенно, поскольку споры на этот счет продолжаются – газеты не должны использовать детский труд. В Латинской Америке этот пункт соблюсти достаточно сложно, поэтому народ продавливает это решение. Это все. Содержание полностью на усмотрение редакторов. Мы понимаем, что только та газета, которую с интересом читают, сможет поддержать наших распространителей. Поэтому пишем не только об остросоциальных проблемах. Большую часть издания занимают информация о городских событиях, публицистика, материалы о современном искусстве, музыке и кино. Последние шестнадцать лет мы остаемся собой – и прежде всего это касается интонации.