Не первая статья обозревателя The Independent Мэри Дежевски заставляет думать, что не только в российских придворных СМИ вторая древнейшая профессия уже почти неотличима от первой, пишет в своем блоге на Радио Свободы публицист Борис Вишневский.
Она, приглашенная в сентябре 2004-го (сразу после Беслана!) на встречу с Путиным, восторгалась в своей статье его гостепримством, улыбкой ("гораздо более радушной, чем мы наблюдаем на телеэкранах"), интеллектом и быстротой ума ("чем-то напоминает Билла Клинтона"). Она обвиняла Запад в том, что он "проигнорировал правду о войне в Грузии" (под "правдой" имелась в виду российская версия), и осуждала его за критику России.
Она объявляла причиной смерти Александра Литвиненко "не политическую вендетту, а незаконную торговлю ядерными материалами и неосторожное обращение с радиоактивным веществом" и уверяла, что "судя по встречам с Олегом Дерипаской, имущество для него - не главное". Она призывала Запад не опасаться планов перевооружения российской армии. И она осенью 2010-го восславила питерского губернатора Валентину Матвиенко (при этом "не заметив" ни одной из острейших проблем, которые неспособна решить Валентина Ивановна, но сравнив ее с Маргарет Тэтчер и Ангелой Меркель).
Эту статью Владимир Буковский назвал "явно заказной", а виднейшие представители питерской интеллигенции – артист Олег Басилашвили, адвокат Юрий Шмидт, писатель Нина Катерли и историк (и профессор Кембриджа Ирина Левинская, - обратились в газету, прося напечатать опровержение. Но получили отказ – после чего г-жа Дежевски решила перейти к восхвалению "национального лидера", опубликовав 22 февраля статью "Владимир Путин и народ" с характерным подзаголовком "Может быть, мы не доверяем ему по той причине, что не понимаем его?".
Сокрушаясь тем, что "существует имидж Путина как врага демократии, тянущего свою страну быстрыми темпами назад, в советскую эпоху", и тем, что "многие на Западе видят в Путине едва ли не диктатора, держащего своих свободолюбивых сограждан в рабстве", Дежевски не жалеет сил, чтобы развеять у британского читателя эти несправедливые подозрения.
Путин делал карьеру в советском КГБ, и возглавлял ФСБ? Ничего страшного, уверяет Дежевски, в глазах россиян это только плюс, ведь "в советские времена многие считали офицеров КГБ людьми умными и благородными".
Путин, став президентом, окружил себя чекистами, превратив постсоветскую Россию в обновленное кагэбэшное государство? И это не страшно, успокаивает Дежевски, "любому человеку, вознесенному на вершину власти, но не имеющему под собой базы власти, нужно надежное окружение".
Путин "безжалостно провел войну с чеченцами, чтобы обеспечить себе победу на выборах"? Надо понять русских, которые видят в них "неприятную опасность, которую надо устранить, а Чечню усмирить в пределах России".
Путин "бросил за решетку олигарха и главу ЮКОСа Михаила Ходорковского"? Ну и что, равнодушно замечает Дежевски, ведь "олигархи, и особенно олигархи-евреи (а таких очень много) крайне непопулярны в России, и не нужно было никакого Путина, чтобы возникла такая непопулярность".
Путин "отошел в сторону от демократии и прав человека, закрывал независимые телеканалы, запретил деятельность многих неправительственных организаций, и давал санкцию на убийство критически настроенных журналистов"? Но и тут Дежевски находит слова для защиты Путина, уверяя, что "в случае с убийствами журналистов и политических противников на президента нельзя возложить вину напрямую".
Ну, а обвинение в том, что Путин антидемократичен и жаден до власти, и вовсе "представляет собой непонимание особого рода", - сетует Дежевски. Просто "за границей его усилия по централизации власти были истолкованы как стремление к величию и могуществу". И вообще, "все утверждения о личном властолюбии Путина опровергаются тем выбором, который он сделал три года назад", когда ему предлагали изменить Конституцию, чтобы он мог пойти на третий срок – а он не пошел…
Как и в истории с Валентиной Матвиенко, все, что "не укладывается в концепцию" защиты Путина, "авторитетный обозреватель" (как именует ее редакция) стыдливо оставляет за кадром.
Она не вспоминает, какими методами проводилось "усмирение Чечни", и ее не интересует, кто отдал приказ о штурме бесланской школы, приведший к гибели детей. Она обходит стороной превращение российского бюджета в общак "друзей Путина", назначенных распоряжаться доходами от нефти и газа, а спецслужб – в безнаказанную и коррумпированную "элиту".
Ее не интересует проведенная Путиным профанация выборов и установленная на федеральных каналах политическая цензура и "черные списки". Она "забывает" о том, что Южная Осетия (по нормам международного права, остающаяся частью Грузии) была де-факто оккупирована Россией, а атака грузинской армии на Цхинвали последовала после многочасового обстрела грузинских сел югоосетинскими боевиками, вооруженными Россией. И ее ничуть не возмущает ни операция "прееемник", ни разговоры Путина о том, как перед выборами они с Медведевым они сядут, и договорятся, кто будет править Россией дальше…
Что касается объяснения непричастности Путина к аресту Ходорковского низкой популярностью евреев-олигархов, то даже у британского читателя не может не возникнуть вопрос: почему, в таком случае, на свободе находится владелец "Челси"? Но ведь "мысль о том, что Ходорковского могут выбрать в борьбе с Путиным, даже в условиях самых свободных и честных выборов, кажется просто нелепой и смехотворной", - высокомерно замечает г-жа Дежевски. Очень многим в России сегодня эта мысль кажется вовсе не "нелепой" - и это одна из главных причин, по которой герой г-жи Дежевски делает все для того, чтобы эту гипотезу ни в коем случае нельзя было проверить на практике.
Отмечая, что "внутреннее отвращение к Путину прочно засело в умах наиболее утонченной интеллигенции", Мэри Дежевски презрительно замечает, что "здесь ощущается сильный запах снобизма".
Приходится заметить, что в ее творчестве все чаще и чаще ощущается совсем другой запах – кремлевских благ. Или кто-то сомневается, что Кремль не жалеет сил и средств для появления на Западе статей всевозможных "авторитетных обозревателей", отмазывающих путинский режим?
Впрочем, возможно, что блага здесь ни при чем, а все идет от сердца, как в старом советском анекдоте. "Правда, что советские писатели пишут по указке партии?", - спрашивали у армянского радио. "Неправда", - отвечало радио. – Они пишут по указке сердца. А сердца преданы партии".