В последнее время в СМИ активно обсуждается вопрос о так называемом "стукачестве". При этом видны некомпетентность, предвзятость, смешение различных понятий и в итоге искаженное понимание одной из важнейших проблем борьбы с преступностью. В пылу полемического задора авторы заметок допускают расшифровки положений об оперативно-розыскной деятельности, составляющих государственную тайну, ссылаются на научные публикации, кинофильмы, детективные издания, где показаны тактические приемы работы спецслужб. Попросту отсылают к источникам, допустимость которых вызывает сомнения.
При показе методов работы спецслужб обычно ссылаются на открытость принятого в 1995 году Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности". Но в статье 6 этого нормативного акта лишь кратко перечисляются оперативно-розыскные мероприятия и полностью отсутствуют сведения о методике и тактике их проведения.
Ведь всем понятно, что нельзя посвящать преступников в технику действий спецслужб.
Тем более недопустимо раскрывать детали негласного сотрудничества граждан с органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность. Малейшая утечка информации грозит не только провалом операции, но и гибелью человека, помогающего правоохранительным структурам. Тем не менее в СМИ появляются публикации с искаженной трактовкой закона об оперативно-розыскной деятельности.
Журналисты часто используют термин "стукачество", заимствованный из блатного жаргона преступников, к борьбе с которыми призывают те же СМИ. В этом термине скрыто брезгливое отношение к общественно-полезной деятельности лиц, негласно содействующих правоохранительным органам в борьбе с преступностью. Каждый гражданин нашей страны может задать себе вопрос: как бы он поступил,
узнав о подготовке или совершении опасного преступления? Я полагаю, что любой здравомыслящий человек выполнит свой гражданский долг и не увидит ничего предосудительного в оказанной им помощи милиции.
Не могу не сослаться на изданную православной церковью книгу "Ответы на 1140 вопросов о духовной жизни", где прямо сказано: "Христианин не должен скрывать истину перед начальниками, которые разведывают о преступнике..." Это справедливое требование не имеет ничего общего с практиковавшимся в годы необоснованных репрессий всеобщим доносительством и клеветой. Но обычную бдительность граждан следует отличать от оперативного внедрения в преступную среду лиц, которые, рискуя жизнью, добывают информацию по предотвращению и раскрытию тяжких преступлений. Таких секретных сотрудников называли по-разному ("сексоты", "агенты" и т. д.). Сейчас их принято называть "конфидентами". Без подобных разведчиков, выведывающих тайные планы уголовных элементов, невозможно вести эффективную борьбу с преступностью.
Многие журналисты, с пренебрежением отзывающиеся о "стукачах", недавно предъявили претензии к спецслужбам, допустившим теракты в Норд-Осте и Беслане из-за их плохой осведомленности о планах бандитов. Причем на страницах одного и того же издания одновременно публиковались материалы, осуждающие "стукачество" и содержащие упреки в адрес спецслужб, плохо использовавших возможности негласных сотрудников в преступной среде. Что интересно - авторы статей, рассматривая мотивы негласного сотрудничества граждан с правоохранительными органами, указывают на злоупотребление спецслужбами таких свойств человеческой натуры, как корысть, зависть, стремление избежать огласки и ответственности за свои проступки.
Действительно, на протяжении долгого времени основные мотивы негласного сотрудничества не меняются: патриотизм и гражданский долг, устранение конкурентов и неугодных лиц, наличие компрометирующих материалов и, наконец, деньги или иная материальная заинтересованность.
Человек часто руководствуется разными мотивами: например, сообщая о преступной деятельности врага, одновременно может быть патриотом и в то же время не откажется от денежного вознаграждения.
Опытный оперативный сотрудник, работая с "конфидентом", обязательно использует все возможности, чтобы изменить начальную мотивацию негласного сотрудника, убеждая его в общественно полезной значимости совершаемого дела. И часто бывает так, что "конфидент", решивший сначала помогать спецслужбам из-за корыстных мотивов или из-за компромата, проникается общественной идеей и выполняет дальнейшие задания, руководствуясь гражданским долгом. Между сыщиком и "конфидентом", сотрудничающими длительное время, возникают отношения партнерства и взаимного уважения.
Автор этой статьи многие годы проработал со спецаппаратом и хорошо знает это. В СМИ пытаются обсуждать такие недостатки работы со спецаппаратом, как формализм, дутые показатели успехов, бумаготворчество, ошибки в расстановке и оперативном прикрытии криминогенных объектов, пробелы в правовом регулировании работы с негласными сотрудниками. Но анализ этих просчетов и меры по их
устранению дело только спецслужб и не должны выноситься на публичное обсуждение.
Если оперативные аппараты не предотвратили совершения тяжкого преступления, получившего общественный резонанс, то они должны нести ответственность, вплоть до уголовной - за проявленную халатность. И в этом случае обсуждению подлежат итоговые результаты использования спецслужбами всех оперативно-розыскных возможностей, может быть, включая и засекреченных разведчиков.
Общественный контроль со стороны СМИ в известных пределах допустим наряду с прокурорским надзором, судебной и ведомственной проверкой законности использования негласных сил.
Однако правила конспирации требуют соблюдения серьезных ограничений и установления допуска к особой сфере оперативно-розыскной деятельности в целом и тем более к проблеме негласного сотрудничества граждан с правоохранительными органами. Даже в прокуратуре для соблюдения конспирации выделены специальные сотрудники по надзору за оперативно-розыскной деятельностью, а в самих органах
внутренних дел лишь руководители высокого ранга имеют право на санкцию и контроль оперативно-розыскных мероприятий.
По инструкциям сыщики обязаны скрывать даже от своих коллег-оперативников имена тех, кто с ними негласно сотрудничает. И это только элементы государственной тайны в оперативно-розыскной деятельности.
Вот почему сотрудников спецслужб, строго оберегающих тайную информацию, полученную из негласных источников, возмущает обсуждение в открытой печати секретных методов их работы.
В последние годы на киноэкранах, по телевидению, в детективных романах и в газетных публикациях авторы в погоне за лихо закрученным сюжетом стараются блеснуть своими знаниями методов оперативной работы. Особенно часто это встречается в произведениях именитых авторов, фактически расшифровывающих тактику оперативно-розыскных мероприятий. Расшифровка и показ годами наработанной сыщиками практики могут подсказать преступнику, как вычислить негласного сотрудника, действующего по заданию правоохранительных органов. И
тогда провал и гибель "конфидента" произойдут только потому, что линия его поведения и тактические приемы совпали с описанными в книгах и показанными в сериалах.
Настало время разработать правила взаимоотношений спецслужб и СМИ по освещению проблем оперативно-розыскной деятельности и определить: формы и содержание информации, представляемой сотрудниками силовых ведомств в СМИ, а также перечень сведений, которые не могут быть опубликованы. Эти правила целесообразно ввести в кодекс этики журналистов. Кроме того, в центре и в регионах необходимо заключать договоры между правоохранительными органами и представителями СМИ о взаимодействии и обмене информацией по вопросам борьбы с преступностью.
Естественно, речь идет не о цензуре, а об упорядочении взаимоотношений между СМИ и правоохранительными органами, чтобы не допускать разглашения сведений, нарушающих конспирацию деятельности спецслужб.
В тех случаях, когда журналисты и писатели в деталях расписывают тактику осуществления негласных мероприятий, правоохранительным органам следует обратиться в суд с материальным иском. При этом не обязательно речь должна идти о конкретных делах и лицах. Даже описание методики и форм проведения отдельных оперативных мероприятий способно нанести значительный ущерб интересам государства и привести к непоправимым последствиям.
Несколько судебных процессов должны остудить пыл авторов сериалов и статей, раскрывающих секреты негласной работы.